|

Урок от минюста для челябинской «Школы призывника», или «агент» за 600 рублей

Защита прав солдат и офицеров

«Иностранными агентами» в Челябинске были признаны две общественные организации, занимавшиеся оказанием правовой помощи призывникам и военнослужащим. Министерство юстиции не остановил даже тот факт, что у одной из них не было ни бюджета, ни расчетного счёта.

Курсы молодого бойца
 
Сколько историй призывников и солдат довелось выслушать одному из учредителей фонда «Правовая миссия» и директору «Школы призывника» Валерии Приходкиной, она и сама не помнит. Поток обращений огромен. Впрочем, выслушать – это лишь самое начало. Дальше начинается процесс, который иногда затягивается на годы.
 
Самым ужасным случаем, который ей довелось вести, она считает историю женщины из Челябинской области, у которой в 1990-е в армии погиб старший сын. Погиб в своей воинской части где-то под Ростовом, уже после того, как побывал в Чечне.
 
Когда она приехала за телом, ей сказали, что на момент гибели парень был уволен в запас – «армия вам ничего не должна». Пять пулевых ранений никто объяснять не собирался. Напоследок дали совет держать язык за зубами, если она не хочет потерять и младшего сына. 18 лет женщина молчала – ровно до того момента, как младшему пришла повестка из военкомата. И тут мать встала на дыбы.
 
- Три года эта история продолжалась, - вспоминает Валерия Юрьевна, - часть на тот момент уже была расформирована, документы все уничтожены, концы в воду. Но мы не только доказали, что парня убили, когда он еще был военнослужащим, но и отсудили для матери все компенсации и льготы. Ну и младшего ее от армии уберегли. Убийц и тех, кто их покрывал, конечно, найти не удалось, слишком много времени прошло.
 

«Правовую миссию» челябинские правозащитники затеяли в 2009 году, когда реально работающих организаций в области защиты прав призывников в городе почти не осталось. Свой первый проект назвали «Школой призывника» - планировали заняться правовым образованием граждан. По простоте душевной надеялись, что люди жаждут узнать, как защитить свои права и побегут к ним наперегонки. Но правовая грамота призывникам и их родителям оказалась ни к чему. На занятия являлись по 4-5 человек. Остальные приходили и требовали не информации, а конкретных действий. «Вы мне должны!» - заявила одна из посетительниц. Понимать, что перед ней не чиновники, а добровольные помощники, дама отказывалась. 

Тогда создатели «Правовой миссии» решили сосредоточиться на индивидуальных консультациях, разбирая конкретные случаи. И начался бесконечный поток жалоб на военные комиссариаты и призывные комиссии. Пять лет ушло на то, чтобы призывникам начали выдавать их личные дела. Прежде военкоматы отказывали в этом наотрез, что крайне затрудняло выработку стратегии в судах. С кем-то ходили буквально за ручку – взрослые парни, старшекурсники, сами не могли подать жалобу в военную прокуратуру. Многих из них военкоматы пытались призвать еще до получения диплома – мол, отслужишь, тогда и получишь.
 
Но основная проблема, с которой приходилось и приходится бороться по сей день – неистребимое желание военкомов выполнить план по призыву любой ценой. В том числе, за счет заведомо негодных. Сотрудники «Правовой миссии» терпеливо учат таких ребят защищать свои права: какую бумажку, где взять, куда отнести, кому что сказать, как написать заявление, и так до бесконечности. Пытаясь доказать свое право на освобождение от призыва, парни бегают по комиссиям, поликлиникам, судам и военкоматам. Нервотрепка эта затягивается на несколько лет. И никто вам, конечно, не скажет, сколько пацанов с хроническими болячками все же отправились в армию, только потому что понятия не имели о существовании «Правовой миссии», да и собственных прав.
 
   - Помню, несколько лет назад призвали из Челябинска мальчишку, который с детства состоял на учете у психиатра, - рассказывает Валерия Приходкина. -  Там и перинатальное поражение центральной нервной системы, и гидроцефальный синдром – все равно забрали. Он оказался в Приморье. Там новобранцев били швабрами, засовывали иглы в колени, вымогали деньги. К нам прибежала его мать. В итоге он сбежал из части, добрался до Владивостока. Там скитался по подъездам, потом его подобрала одна женщина, связалась с матерью. Мы с помощью журналистов эту историю предали огласке, взяли под свой контроль, уговорили парня сдаться в военную прокуратуру и вернули в Челябинск!
 
Подобные истории – вовсе не редкость. Василия Чкаева призвали в армию из Нязепетровского района области осенью 2014-го. На записи в карточке о сколиозе 2 степени, хроническом энтероколите, остеопорозе пяточной кости, плоскостопии и гастрите члены призывной комиссии решили не обращать внимание. Как и на дефицит массы тела -  58,5 килограмм при росте 180. Жалобы на боли в спине были столь же равнодушно проигнорированы. Годен!
 
Парня отправили на курсы молодого бойца в Моздок, а уже через две недели – в военную часть в Цхинвали. Еще спустя две недели, когда боли в спине стали невыносимыми настолько, что рядовой Чкаев с трудом вставал с кровати, его поместили в госпиталь. Но только после того, как из Челябинска прислали документы с подтверждением диагнозов. Без этих бумаг врач местной медчасти госпитализировать солдата категорически отказывался. А потом были полгода лечения в госпиталях, обследования, несколько ВВК, пытавшихся признать юношу здоровым и годным к продолжению службы, письма в прокуратуру и визиты прокуроров.
 
- Валерия Юрьевна почти все сделала, - рассказывает Василий, - она и письма писала, и всем звонила каждый день, вместе с мамой заявления составляли и отправляли. Все благодаря ей.
 
- А если бы не удалось комиссоваться, и тебя отправили бы обратно в часть?
 
- Парализовало бы, наверное. Нога уже и так отнималась – вплоть до операции, которую сделали год назад.
 
Деловая репутация военкоматов
 
Отношения с военными у «Правовой миссии», ясное дело, не сложились. Из штаба Центрального военного округа косяком шли обвинения в том, что правозащитники чуть ли не торгуют «белыми билетами».
 
- И это при том, что мы никогда не входили в состав призывных комиссий и не могли влиять на их решения, - смеется председатель правления фонда Алексей Табалов. – В течение нескольких лет мы действительно пытались добиться включения в состав областной призывной комиссии, обращались даже к губернаторам, но безуспешно. Однако в Челябинске действительно имеется ряд фирм, которые за деньги помогают в освобождении от армии. Есть подозрения, что за ними могут стоять бывшие или действующие сотрудники военкоматов. Но обвиняли только нас, хотя мы ни копейки ни с кого из призывников не брали.
 
Однажды областной военный комиссариат даже подал на «Правовую миссию» в суд: дескать, своей деятельностью она порочит их честь, достоинство и деловую репутацию. Потом  иск, правда, отозвали, но отношения так и остались натянутыми. А с штабом ЦВО со временем еще и ухудшились - после того, как фонд стал заниматься проблемами не только призывников, но и военнослужащих. Несколько лет назад правозащитники вместе с региональным омбудсменом повадились ездить в Чебаркульскую дивизию, которая до той поры считалась вполне благополучной.
 
Их первые визиты пришлись на то время, когда там полным ходом шла утилизация старых боеприпасов – эту работу,не позаботившись о соблюдении техники безопасности, свалили на солдат-срочников. В фонд обратилась сестра одного из них: пожаловалась, что контрактники-дагестанцы буквально палками выбивают из новобранцев деньги. Выяснив обстановку с вымогательством и избиениями,  понаблюдав за тем, как снаряды вываливаются из рассыпающихся ящиков прямо мальчишкам на ноги, правозащитники сели писать в прокуратуру.
 
Заодно подняли шум насчет ужаснувшего их состояния заросшей плесенью, протекающей с пятого по первый этаж, казармы. Она была поделена на кубрики, рассчитанные на 5-7 человек, но проживали в них вдесятером - пользуясь одним на всех туалетом, умывальником и душем. Что нарушало даже нормы, принятые в тюрьмах.
 
Как обстоят дела в Чебаркульском гарнизоне сегодня, Табалов и Приходкина понятия не имеют. После того, как Алексея Севастьянова заменили на посту омбудсмена, шансов преодолеть КПП у них нет. Тем более, сегодня, вместо того, чтобы заниматься своим прямым делом – помогать призывникам да военнослужащим, они ломают голову над тем, где бы раздобыть деньги на штрафы, которые им наверняка вот-вот присудят.
 
Вам письмо из ФСБ
 
- Мы посмотрели, как признают «иностранными агентами» наших коллег-экологов, и решили от греха подальше закрыть фонд, - рассказывает Алексей, - начали процедуру ликвидации. Взамен открыли автономную некоммерческую организацию «Школа призывника» и, чтобы подстраховаться, начали работать без расчетного счета. Чтобы вообще комар носа не подточил. Но не тут-то было. Прокурору города пришло письмо из местного управления ФСБ с просьбой проверить наш фонд. Он обратился в Министерство юстиции. И нас признали «иностранными агентами». Мы действительно получали деньги из-за границы. Ведь в России помогать нам никто не хотел, все попытки выиграть президентский грант проваливались. Правда, последние иностранные деньги фонд получил за полтора года до проверки. А политическую деятельность усмотрели в публикации на нашем сайте Льва Шлосберга о псковских десантниках. В заключении эксперта сказано, что текст побуждает к уклонению от воинской обязанности и что-то еще в этом духе.
 
Признали «инагентом» и другую организацию - «Школу призывника» - на том основании, что ее доменное имя в интернете было оплачено из денег «Правовой миссии». А это целых 600 рублей! Как не парадоксально, но политикой сочли, в частности, ознакомление призывников с расписанием болезней - постановлением правительства, в котором прописаны основания для освобождения от армейской службы.
 
Каким будет назначенный штраф, где взять деньги в случае, если не удастся его оспорить в суде, и по какой схеме работать дальше, челябинские правозащитники Алексей Табалов и Валерия Приходкина пока не знают. Но даже малейших сомнений в том, что эта работа продолжится, у них нет. Как и в том, что они никогда не были угодны властям. Получив очередной щелчок от государства, они, подобно прилежным ученикам, постараются усвоить и этот урок. А затем, уже с учетом нового опыта, двигаться дальше. 
 
Источник: agentovnet.orgagentovnet.org

 

Сбор пожертвований

ПожертвованияПожертвования на оплату юридической помощи Ильдару Дадину и другим пострадавшим от пыток в ИК-7 в Карелии (пометка «для Ильдара Дадина»), а также на уставную деятельность можно перевести на карту «Сбербанка»:

Номер карты: 4276 3800 9459 0358

ФИО получателя: Пономарёв Лев Александрович

 


Московская Хельсинкская группаКоалиция За право выбора!Совет при Президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человекаЗа демократическую альтернативную гражданскую службу!Кавказский узелОбщественный контроль. Официальный сайт Ассоциации независимых наблюдателейЧКНССовестьМЕМОРИАЛ о войне на Северном КавказеЛипцер, Ставицкая и партнёры - московская коллегия адвокатов