|
Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

***

Днем 19 января в центре Москвы выстрелом в голову из пистолета с глушителем был убит адвокат и правозащитник, президент Института верховенства права, Станислав Маркелов. Сопровождавшая его внештатная сотрудница «Новой газеты» и издания «Частный корреспондент», студентка журфака МГУ Анастасия Бабурова попыталась задержать убийцу, и тот выстрелил ей в голову. Ранение оказалось смертельным.
В чем причины этого возмутительного террористического акта? Я уверен, что это преступление надо характеризовать именно так. Закон «О борьбе с терроризмом» 1998 года подразумевал под терроризмом в том числе «посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля, совершенное в целях прекращения его государственной или иной политической деятельности либо из мести за такую деятельность». Впоследствии из закона эта формулировка была изъята, по моему мнению, совершенно неправомерно, и сейчас там сказано, что террористический акт совершается для «воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями».

***

Как свидетельствуют правозащитники, Станислав Маркелов не вел «коммерческих» дел, а занимался в суде исключительно защитой прав граждан. А вот как он рассказывал рассказывал о деятельности возглавляемого им Института верховенства права: «Почти единственный источник финансирования деятельности института — адвокатские гонорары, мои и моих коллег».
Адвокат Маркелов представлял интересы родителей Эльзы Кунгаевой и боролся против условно-досрочного освобождения ее убийцы Юрия Буданова. Нападение произошло сразу после пресс-конференции, где адвокат рассказывал об этом деле. Незадолго до гибели он рассказал Висе Кунгаеву, отцу Эльзы, о том, что ему угрожали убийством в связи с «делом Буданова».
Но было и множество других судебных процессов.
Станислав Маркелов вел дело бывшего чеченского сепаратиста Заура Мусиханова, который не пожелал вступать в вооруженные отряды «кадыровцев». Ему незаконно отказали в амнистии по статье об участии в незаконных вооруженных формированиях, дополнительно обвинили в несовершенных преступлениях и осудили на девять лет колонии.
Маркелов защищал чеченца Мохмадсалаха Масаева, который был похищен неизвестными, провел четыре месяца в секретной тюрьме МВД Чечни, затем свидетельствовал против президента республики Рамзана Кадырова. После этого Масаев был снова похищен; его местонахождение неизвестно.
Адвокат Маркелов представлял в суде интересы родственников жителя Чечни Зелимхана Мурдалова. В 2001 году сотрудники Октябрьского районного временного отдела внутренних дел Грозного из Ханты-Мансийского сводного милицейского отряда похитили и пытали его, а затем, умирающего, куда-то утащили. Один из палачей, бывший оперуполномоченный Октябрьского ОВД Сергей Лапин по кличке «Кадет», был приговорен к 11 годам заключения за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, превышение должностных полномочий и служебный подлог. Лапин угрожал убийством написавшей о зверской расправе над Мурдаловым Анне Политковской. Журналистку признали потерпевшей, ее адвокатом был Станислав Маркелов. «Коллеги» Кадета до сих пор на свободе.
Маркелов защищал права главного редактора газеты «Химкинская правда» Михаила Бекетова, боровшегося против многомиллиардных проектов администрации Химок, в случае выполнения которых подмосковная природа понесла бы непоправимый ущерб. Бекетов был обвинен в клевете на руководителя Химкинского городского округа Владимира Стрельченко. Как известно, в результате нападения неизвестных бандитов журналист едва не погиб и стал инвалидом.
Убежденный противник неонацизма и правого радикализма, Станислав Маркелов был представителем потерпевших в делах об убийствах антифашистов Александра Рюхина, Алексея Крылова, Федора Филатова.
Адвокат Маркелов представлял интересы пострадавших от массового милицейского произвола в Калмыкии и башкирском городе Благовещенске. Он добивался добивался признания незаконными приказов МВД РФ № 870 от 10.09.2002г. и № 174 от 26.02.2002г., предусматривающих создание «фильтрационных пунктов». Эти документы были в числе «правовых» оснований для террора против граждан.
Станислав Маркелов защищал в суде депутата Ковровского горсовета, председателя находящегося в Коврове Владимирского правозащитного центра Владимира Соколова, которого преследовали городские власти.
Маркелов был одним из адвокатов, представлявших интересы молодых людей, которых в апреле 2008 года били и пытали милиционеры в Сокольниках в Москве.
Он защищал Ирину Батурину, у которой на даче рос не содержащий наркотиков садовый мак и которую стараниями сотрудников наркоконтроля осудили на три года заключения условно.
В 2004 году в московском метро на Маркелова напали напали неизвестные, заявившие: «Довыступался!» и «Это тебе за дело!». Результатом нападения стало сотрясение мозга.

***

Из тех, кто мог спланировать убийство Станислава Маркелова, только неонацисты не имели к власти прямого отношения. Но, как он написал в статье «Патриотизм как диагноз»:«Патриотизм как диагноз»: «Власть... породила нацистов, пытаясь направить социальный протест в нужное ей русло национальной розни, а более верно — национальной резни».
Я бы уточнил: неонацистские группы были и в Советском Союзе, но лишь как экзотика; после его распада их количество многократно выросло. Причиной этого стало не только исчезновение тотального контроля государства над обществом. Власть сама массово нарушает права людей по этническому признаку — милиция постоянно останавливает на улице смуглых брюнетов — и попустительствует нарушению прав иностранных рабочих. Тем самым показывая: есть люди второго сорта.
Дело, конечно, не только в этом. Спецслужбы наверняка внедряли и внедряют в неонацистские группы своих агентов. Но непохоже, чтобы те их разваливали. Или им не дают соответствующего задания, или агентов набирают среди людей, за которыми они должны следить.
Нельзя исключить и того, что спецслужбы сами поддерживают существование неонацистского подполья. При молчаливом согласии «властной вертикали», а, возможно, и по ее негласному указанию. Для чего? Например, для усиления в обществе напряженности на национальной почве — по принципу: «Разделяй и властвуй». Для создания образа врага, на фоне которого власть выглядит лучше, чем в реальности. В уже упомянутой статье Станислав Маркелов подчеркивал: «Не надо делать разницу между патриотизмом и национализмом. Великодержавные призывы с высоких трибун оборачиваются национальными погромами на улицах, а стояние со свечками на паперти вчерашних коммунистических атеистов провоцирует мракобесие и средневековье.
Не надо думать, что это глупость власти. Люди, у которых отняли будущее, озлоблены на всех и готовы немедленно выплеснуть свою злость. Властям выгодно, чтобы ненависть вылилась на нищих гастарбайтеров, а не на воровские "Мерседесы" с мясной начинкой из новых русских».
Неонацистское подполье выгодно Кремлю еще и тем, что ведет войну против анархистских, пацифистских, других левых и интернационалистических движений, в которых он видит для себя угрозу.
Неонацисты привыкли к тому, что их преступления остаются безнаказанными. И вот закономерный результат. Нападения и убийства на расовой и этнической почве происходят в России почти ежедневно. Может, власти и хотели бы отыграть назад, но загнать неонацистского джинна назад в бутылку уже очень трудно.
И еще. Как и следовало ожидать, в интернет-дневниках вскоре после убийства Маркелова и Бабуровой появились не только слова возмущения этим преступлением. Было и немало записей, после прочтения которых хотелось хорошенько вымыть руки. Среди фашизоидных типов, которые лили омерзительную грязь на покойных, наверняка были не только штатные и внештатные чекисты. Я уверен, что было также немало людей, ставших жертвами явной и неявной государственной пропаганды ксенофобии.

***

Анастасия Бабурова была активисткой анархистского и экологического движений, участвовала в акциях протеста против строительства мусоросжигательных заводов, преследований политических и социальных активистов, выселений людей из общежитий. В своих статьях она писала о наиболее острых проблемах российского общества, таких, как неонацизм.
Когда 24 июня 2008 года сотрудники УФСИН незаконно захватили квартиры в бывшем общежитии на Ясном проезде в Москве, Бабурова была там в качестве корреспондента газеты «Известия». Захватчики отобрали у нее видеокассету. Когда по факту этих событий было возбуждено уголовное дело, она выступала как свидетель, а Станислав Маркелов представлял интересы потерпевших.
Президент Украины выразил соболезнования живущим в Крыму родителям журналистки.
Президент и премьер России не выразили ничего.
Отечественная дипломатия выдала обычную для нее порцию грязи: «Российскую сторону не могут не удивлять раздающиеся со стороны высокопоставленных представителей отдельных стран и организаций заявления о якобы политическом характере убийства журналистки Анастасии Бабуровой...
Трагические события, связанные с гибелью журналистки, начинают искусственно политизироваться и использоваться в неблаговидных целях для дискредитации России, притягиваться под уже разработанные концепции отсутствия свободы прессы в РФ, гонения на журналистов».
Анастасия Бабурова писала стихи, вела дневник в «Живом журнале». Там — записи о нападении на экологический лагерь в Рязанской области, о захвате тюремщиками бывшего общежития на Ясном проезде, массовом избиении милиционерами молодых людей в Сокольниках, акциях протеста против милицейского произвола.
«Наше отечество — все человечество» — мой любимый слоган, писала она. И еще: «... хочется пожелать всем двух вещей: 1) не делать друг другу больно; 2) не врать. Как бы ни было сложно».
Две последних записи.
«30 ноября 2008 года. Мне исполнилось 25 лет... пожелайте удачи».
«17 декабря 2008 года. Бросила курить. Наконец уволилась. Устала от ЖЖ. Хочется писать по-другому».

***

После пресс-конференции, которая стала последней для Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой, я попросил у Маркелова два документа по «делу Буданова», чтобы скопировать их. Вернувшись домой, узнал о том, что произошло. И вот ксерокопии лежат на моем столе, рядом листок бумаги, на котором Анастасия написала свое имя и адрес электронной почты — я обещал переслать ей обращение родителей Эльзы Кунгаевой в Верховный суд. А людей, с которыми я общался еще недавно, больше нет...

***

Политические убийства в нынешней России не раскрываются. Боюсь, что пока не сменится власть, мы не узнаем, кто виновен в трагедии, происшедшей 19 января — «государевы люди» или неонацисты. (И преступники до поры будут гулять на свободе, если их раньше не «уберут» подельники.) Ясно одно. Маркелова и Бабурову — преступными действиями или преступным бездействием — убил политический режим. Режим, который терроризирует население страны и плодит террористов. Лицо убийцы было спрятано под маской, но в конечном счете это — одно из лиц власти.
Каждый, кто стоит на пути у кого-то из ее представителей или порожденных ею нацистских штурмовиков, в любой момент может быть уничтожен. Каждый, кто борется за жизнь и против смерти. Против власти, несущей смерть.

Добавить комментарий

ВНИМАНИЕ! В связи с нашествием нашистских ботов, временно вводятся ограничения на отправку комментариев. Все комментарии проходят проверку на наличие нарушений законодательства РФ.


Защитный код
Обновить

Сбор пожертвований

ПожертвованияПожертвования на оплату юридической помощи Ильдару Дадину и другим пострадавшим от пыток в ИК-7 в Карелии (пометка «для Ильдара Дадина»), а также на уставную деятельность можно перевести на карту «Сбербанка»:

Номер карты: 4276 3800 9459 0358

ФИО получателя: Пономарёв Лев Александрович

 


Московская Хельсинкская группаКоалиция За право выбора!Совет при Президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человекаЗа демократическую альтернативную гражданскую службу!Кавказский узелОбщественный контроль. Официальный сайт Ассоциации независимых наблюдателейЧКНССовестьМЕМОРИАЛ о войне на Северном КавказеЛипцер, Ставицкая и партнёры - московская коллегия адвокатов